Еще долго блуждали они по лесу. Солнце светило сквозь ветви все ярче и ярче, дневная тишина окутывала лес, приближалось время отдыха. Но Гобо не чувствовал усталости. Он шагал, не разбирая дороги и бесцельно шаря вокруг себя глазами. Он совсем отвык от лесной жизни. Он весь сжался, когда в траве прошмыгнула ласка, и едва не наступил на фазанов, тесно прижавшихся к земле. Когда же фазаны, громко шурша крыльями, взлетели перед самым его носом, Гобо ужасно испугался.
Бемби удивляла слепота и неуклюжесть Гобо - он вел себя на лесной тропе, как чужак.
Но вот Гобо сдержал шаг и, повернувшись к Фалине, сказал с отчаянием:
- Мы никогда не найдем маму!
У него опять появилось то унылое выражение, которое Фалина так хорошо знала.
- Скоро, Гобо, - сказала она мягко, - скоро. - И добавила со смехом: - А хочешь - давай звать маму, как мы звали ее в детстве, помнишь?
И тут Бемби, шедший немного впереди, вдруг увидел тетю Энну.
Она отдыхала, лежа в тени орешины. Не успел он окликнуть Гобо и Фалину, как они уже оказались возле него. Все трое молча смотрели на тетю Энну. Та тихо подняла голову и приоткрыла сонные глаза.
Гобо робко шагнул вперед.
- Мама! - произнес он негромким, шатким голосом.