То была Джанеллина, жена фазана. Она высиживала в траве яйца.
- Мой муж ужасно испугался, - продолжала она укоризненно. - Так же, впрочем, как и я сама. Но я не могу двинуться, я прикована к месту, как и всегда в подобных обстоятельствах, и вы легко могли раздавить меня...
Бемби смутился.
- Извините, пожалуйста, - произнес он запинаясь. - Я сделал это не со зла.
- О, пожалуйста! Конечно же, это было не со зла. Но мой муж и я - мы такие нервные сейчас. Вы же сами понимаете...
Бемби ничего не понял и побрел дальше. Лес пел вокруг него. Солнце позолотило и нагрело воздух, а кустарники, травы и тихо дымящаяся росистыми испарениями земля остро заблагоухали. Молодая сила разлилась по телу Бемби, и он двинулся вперед каким-то особенно упругим, пружинистым шагом.
Вот он приблизился к кусту бузины и, высоко вскидывая колени, стал рыть землю, разбрасывая во все стороны черные, жирные комья. Его тонкие, остро раздвоенные копытца скашивали росшую у подножия бузины траву, заячью капустку, подснежники, фиалки и отгребали их прочь, пока не обнажилась темная, взрыхленная земля.
Два крота, работавших над своими ходами в развилке корня старой бирючины, с любопытством уставились на Бемби.
- Однако... Это же курам на смех то, что он делает! - прошептал один крот другому. - Разве так роют? Другой иронически поджал уголки тонкого рта:
- Да он понятия не имеет о рытье... сразу видно... Так всегда бывает, когда берутся не за свое дело.