— Я ожидал этого недоверия с вашей стороны, синьор вице-губернатор, но поторопился прежде показать полномочие, без которого были бы бесполезны все остальные бумаги. Вот они — вы их можете свободно прочесть, так как они написаны по-итальянски.
Андреа Баррофальди тщательно пересмотрел все бумаги и не нашел в них ничего подозрительного.
— Но почему вы предполагаете, что именно этот люгер и есть «Блуждающая Искра»? — не уступал Баррофальди.
— Тут не может быть ошибки, синьор; нам известны все английские корабли, плавающие в этих морях. К тому же на этом люгере находится в настоящее время один дезертир с нашего фрегата, некто Итуэль Больт, который…
— Американец, не правда ли, синьор? — вскричал подеста.
— По крайней мере, этот плут выдает себя за такового, — отвечал молодой офицер, краснея от неприятной необходимости признать факт несправедливого поступка с этим дезертиром.
— Я узнал от этого Итуэля Больта, что вы, англичане, насильно вербуете иностранцев к себе в матросы! — сухо вставил Андреа.
— Что делать, синьор! Король в праве рассчитывать на службу своих подданных, и он в них нуждается, а вербовка делается так поспешно, что ошибка всегда возможна; янки же так похожи на англичан.
Когда, наконец, все сомнения относительно тождественности люгера с знаменитым корсаром были устранены, все трое — Баррофальди, градоначальник и лейтенант прониклись единодушным желанием поймать люгер.
К счастью для «Блуждающей Искры», капитан Куф выразил непременное желание взять корсара невредимым, не посягая на его уничтожение, а то ничего бы не стоило перевести часть огнестрельных орудий в одно из естественных углублений скалы и одним залпом потопить судно, так как, несмотря на ночное время, все же можно было различить люгер на том расстоянии, на каком он стоял от берега.