— Надо, Мария, сделать большой путь, чтобы добраться до порта, — нерешительно сказал он после долгого молчания.
— Суда уходят и возвращаются в несколько часов.
— Да, да, суда, но позволено ли, дитя, пользоваться кораблями в субботний день?
— Я думаю, сударь, что всегда подобает делать добро, даже и в праздники.
— Да, если мы уверены, что из этого выйдет что-нибудь хорошее. Всем известно, что Сэдж превосходный доктор, но все же половина денег, которые платят людям этой профессии, являются потерянными деньгами.
— Я боюсь, что Дагге не проживет и недели, — сказала Мария, — и я не желала бы, чтобы он имел право сказать, что мы не сделали ничего для его спасения.
— Мы так далеко от порта, что было бы бесполезным посылать туда кого-нибудь: это были бы потерянные деньги.
— Я уверена, что Росвель Гарнер согласится отправиться туда и при этом он не попросит денег.
— Да, это правда; я должен также сказать о Гарнере, что это самый рассудительный из всех известных мне молодых людей. Я с удовольствием возлагаю на него все свои поручения, потому что я люблю иметь с ним дело.
Мария это очень хорошо знала. Пратт много раз пользовался щепетильностью молодого человека и получал от него услуги, за которые следовало бы платить. Мария, вспомнив о молодом капитане, покраснела.