Селина отправилась вечером к Пулям специально за тем, чтобы показать им снимок. Миссис Клаас Пуль пришла в ужас при виде обнаженной женской фигуры, с отвращением отвернулась, восклицая: "О небо!", и, кажется, предположила, что Селина принесла журнал из желания поиздеваться. Неужели она намерена показать этот кошмарный снимок всем в Верхней Прерии, чтобы осрамить их!
Селина больше понимала теперь людей в Верхней Прерии, но даже и прожив среди них двадцать лет, иногда останавливалась в недоумении. Холодный народ и вместе с тем добродушный, дружелюбный. Подозрительный, недоверчиво относящийся ко всякому новшеству, но щедрый и трудолюбивый. Лишенный воображения в целых поколениях, чтобы дать вдруг миру Ральфа Пуля!
Селина пыталась теперь растолковать Пулям, какой смысл хотел вложить Ральф в мастерски изваянную фигуру.
-- Вы видите, она представляет Сену. Реку Сену, которая течет через Париж в нижнюю часть страны. Вся история Парижа -- Франции -- связана с Сеной, переплетается с историей этой реки. Ужасные эпизоды и великолепные. Она доходит до самого Лувра. Ее видно из Бастилии. На самом большом из ее островов стоит собор Парижской Богоматери. Сена столько видела, миссис Пуль!..
-- Что за ерунда! -- перебила почтенная вдова. -- Река не может видеть! Всякому это известно.
На семнадцатом году жизни Дирка начались разговоры о том, что в будущем году он поступит в университет.
Но в какой именно? Что он хочет изучать?
Ну, это трудно сказать. Общий курс обо всем... Разве такого нет? Языки -- немножко французского и еще какой-нибудь -- и политическую экономию, и литературу, и, пожалуй, историю.
Селина была в недоумении. Так, "Общий курс". Если человек хочет быть архитектором, ему надо учиться в Корнеле. Право изучают в Гарварде. Если хочешь стать хорошим инженером, отправляйся в Бостонский технический институт. Но как же быть с юношей, который не хочет чего-нибудь одного, определенного? Правда, это хорошая идея -- получить общее образование, пока изберешь себе специальность по душе. Изучать языки и литературу и тому подобные вещи. Так ведь делается в Англии. Вы посылаете своего сына в университет не с тем, чтобы он там прошел какой-нибудь технический курс и подготовился теоретически, по книгам, к определенной профессии. Он поступает туда, чтобы развиваться в атмосфере книг, научной работы, в обществе людей, которые преподают науки и искусство из любви к преподаванию; людей, чьи беседы перед камином более ценны, чем целые курсы лекций в аудиториях. Она читала об этом в английских повестях.
Оксфорд. Кембридж. Мастера науки и искусства. Дискуссии. Литературные клубы. Гребной спорт. Произведения литературы, старинные гравюры. Книги. Плющ у окон! Это в Англии. Старая культура, разумеется. Но нет ли и в университетах Америки чего-нибудь в этом духе? И если Дирку этого хочется, она будет довольна.