-- Жаннета не хочет работать по дому. Она хочет поступить на конторские курсы.
-- Что ж, если в твоем распоряжении есть школа, то...
Но на этот раз она не выдвинула дальнейших возражений. Войдя в дом и стаскивая с матери мокрую одежду, Лотти умоляла ее лечь в постель.
Она была поражена, что мать согласилась. Миссис Пейсон непрестанно повторяла: "Если я среди дня ложусь в постель, то знайте, что я заболела". И едва она взобралась на свою огромную старомодную кровать темного ореха и легла под одеяла со стоном, как начался кашель. Час спустя послали за доктором. Острый припадок ревматизма, определил он. Лотти яростно, беспощадно ругала себя.
-- К четырем часам я встану, -- сказала миссис Пейсон. -- Валяться в кровати я не желаю. Белла достаточно занимается этим -- хватит на всю семью!
В четыре она сказала:
-- Я встану вовремя, чтобы поспеть к обеду... А где эта девушка? Где та девица, что, гм... судьба которой столь заботила тебя? Хочу посмотреть на нее.
Она лежала целую неделю. Лотти осыпала себя упреками.
Глава одиннадцатая
Никто не мог бы сказать в точности, когда и как случилось, что Жаннета стала необходимым членом пейсоновского дома. А уж миссис Пейсон и вовсе не могла обойтись без нее, Дружба между ними была дружбой льва и мышонка. Для нее миссис Пейсон была не грозной повелительницей, чье слово было законом, а воля -- гранитной скалой, но брюзгливой, потешной и довольно беспокойной старушенцией, которая к тому же обычно оказывалась неправой. Жаннета к ней очень привязалась, но совсем не принимала всерьез. У Жаннеты были золотые руки, как у ловкого и сильного мужчины. А мужчины как раз и недоставало в этом хозяйстве. Она умела справиться с упрямой шторой, вставить на место выскочившую пружину в старинном кресле, вбить гвоздь, приколотить полочку, заправить мышеловку.