-- Ничего, я выпью!
-- Да что вы, милая! Вы заболеете. И так вы пьете чересчур много кофе. От кофе вы делаетесь нервной, желтеете...
Гульда звучно жевала ломоть хлеба, бережно обхватив крупной рукой дымящуюся чашку своего излюбленного напитка.
-- Нет, миссис Пейсон. Мой дедушка, так он на день по двадцать чашек пивал.
-- Хорошо, а чем он кончил? Он мог бы жить до сего дня, если бы...
-- Да он и сегодня жив. Девяносто лет ему, а щеки красные, что яблоки.
В гостиной Лотти опять принялась за свое вязанье. В зале не зажигали свет, однако Чарли направилась туда и села за рояль. Играла она слабо, да и голоса особого у нее тоже не было. Лотти с вязаньем в руках вошла в большую полутемную комнату и подсела к Чарли. Та не повернула головы.
-- Это ты, Лотти? -- спросила она, продолжая играть.
-- Да, дорогая.
Короткое молчание.