— Дай слово колониста, что в сундучке нет ничего недозволенного, в том числе и яблок!..
— Да, Антон Семенович, я же вам говорю!..
— Ты не заговаривай меня — или дай слово колониста, или открывай сундучок.
Пришлось Швецу открыть сундучок, запертый каким-то особо секретным замком. Сверху в нем лежали яблоки — десятка два, таких же, как у Бондарчука, но покрупнее и поспелее.
— Так ты что ж, на пару с Бондарчуком работал?
— И скажете такое, Антон Семенович! — возмутился Швец. — Вы же сами видите: у него зеленые яблоки, а у меня спелые. Мне их подарила Катя, дочь Гордея Юхимовича...
— Хорошо, мы это разберем вечером на общем собрании, а пока все яблоки сдашь Дроздюку (секретарю совета командиров).
Сердитый вид Антона Семеновича не предвещал для Васи Швеца ничего хорошего, и тот поплелся сзади, став вдруг молчаливым и унылым.
После обхода спален Антон Семенович направился в больничку, где лежал Петя Романов.
— Здравствуй, Петя! Как себя чувствуешь? Кто тебя навещал? Что ты хочешь, чтобы тебе приготовили на обед? — спросил Антон Семенович.