Какая разумная пословица! При каждом свидании с ними я твержу им ее; но они, кажется, думают, что им не достает еще ненависти, чтобы возненавидеть друг друга столько, сколько надобно; потому опасаются, чтобы сия малая ненависть не истощилась, чтобы место ее не заступила прежняя любовь, которая по необходимости опять соединит их между собою.
Видя, что все мои старания примирить их и даже узнать настоящую причину вражды их остаются тщетны, я прибег к последнему средству, которое мне лучше прочих послужило. Зная, что многие господа имеют неосторожность о секретных материях говорить между собою при рабах своих, я спросил одного из слуг г. Надувалова, не знает ли он, почему господа его поссорились с Свисталовыми?
-- Как не знать! -- отвечал он.
Приметь, любезный друг, лакей стоя у дверей, смотрит в землю, кажется, страшится и подумать о том, чтобы вслушиваться в господские речи, но в самом деле держит ухо востро и не проронит ни одного слова.
Из слов сего лакея узнал я, что Свисталовы Надуваловых и Надуваловы Свисталовых за то только ненавидят, что в обеих домах есть по девушке невесте. Какая вздорная причина, но в самом деле так. После я спрашивал посторонних людей -- они сказали тоже. У Свисталова дочь, у Надувалова дочь, у двоих две дочери невесты, и они думают, что у нескольких тысяч отцов один только сын жених, достойный дочерей их. Таким образам барышни злятся друг на друга, опасаясь, чтобы одна в женихе не перехватила счастья у другой; отцы их, чтобы один в лице зятя не присвоил себе честь, принадлежащую другому; а матери сердятся, кажется, потому только, чтобы сердиться, или, страшась также, чтобы одна не сделалась тещей прежде другой.
И к тому и другому сватались многие достойные женихи; но Свисталов всегда отбивал у Надувалова, Надувалов у Свисталова. Они столько теперь прославились в здешнем округе, что ни один жених не осмелится к ним присвататься. Свисталов и Надувалов притча во языцех!
Любезный друг, они тебе более знакомы, нежели мне: пожури их, чтобы перестали ссориться из-за женихов, мучить себя и смешить других. Ради Бога, постарайся уверить их, что из женихов на свете не один. Если же не послушают они дружеского твоего совета, то употреби угрозы: скажи, что ты неподалеку живешь от типографии, что типографщики тебе весьма знакомы, или даже родня; следовательно ты имеешь всякую возможность о вражде их -- о их глупости -- дать знать всему свету чрез газеты или чрез какой-нибудь журнал; особенно попугай журналом, журнал для них всего страшнее; ибо всякой попавшийся в журнал, по мнению их, есть человек подозрительной, лишенный всех чинов, привилегий и самого титла: дворянин. Такого человека все женихи будут избегать точно так же, как модные щеголихи дегтярного ряду на ярмарке. Я уверен, что они после этого не только сами помирятся, но и внукам своим закажут ссориться из-за женихов.
Письмо XXVIII.
Завистник.
Любезный друг! Третьего дня имел я удовольствие прогуливаться верстах в пяти от города на прекрасной долине, где бесчисленное множество цветников и аллей насаждено руками натуры с таким искусством, какое свойственно одной природе. Подходя к речке, приметил на берегу оной стоящего человека, который, как казалось погружен был в глубокую задумчивость. Так, правду сказывали мне, что это место самое романическое, думал я сам в себе. Этот человек или страстной вздыхатель, пришедший сюда питать томную задумчивость души своей, или старец, с горестью воспоминающий о утехах молодости и уподобляющий течение жизни человеческой течению сей речки.