Соскочивший с лошади дон Рафаэль поспешил оглянуться. Он увидел перед собою средних лет человека, судя по одежде, погонщика мулов, но сидевшего на хорошей лошади. Погруженный в свои горестные мысли, а отчасти и из-за шума приближавшегося наводнения, офицер не слышал топота этой лошади, поэтому был сильно удивлен внезапным появлением незнакомца. Приятное, умное и вместе с тем открытое лицо этого человека сразу понравилось дону Рафаэлю, и он доверчиво ответил:
-- Я остановился потому, что с моей лошадью действительно что-то случилось. Должно быть, надорвалась от долгого и быстрого бега. Не знаю, что мне теперь делать?
-- Позвольте взглянуть на нее, -- проговорил незнакомец, поспешно соскочив со своей лошади. -- Я простой погонщик мулов, -- продолжал он, -- но хорошо знаю и лошадей и других домашних животных и, между прочим, довольно успешно занимаюсь их лечением.
-- Пожалуйста! -- поспешил изъявить свое согласие молодой офицер.
Погонщик подошел к его лошади, внимательно осмотрел ее, ощупал ее бока, прислушался к ее тяжелому хриплому дыханию и уверенно сказал:
-- Да, как я думал, так и есть: скопление застоявшейся крови в одном месте. Это я сейчас улажу и освобожу ее от этого. Подержите ее покрепче под уздцы и накройте ей глаза платком. Через минуту все будет в порядке.
Когда дон Рафаэль сделал, что ему было сказано, погонщик достал из кармана небольшой складной нож с острым, как бритва, лезвием. Этим ножом он одним ловким движением руки разрезал тонкую перепонку между ноздрями лошади. Испуганное животное с силою мотнуло головою и, громко взвизгнув от боли, взвилось было на дыбы, но, сдерживаемое сильною рукою своего хозяина и его ласковыми словами, тут же успокоилось, вероятно, поняв, что ничего худого ему не сделают, -- напротив, даже принесут пользу.
-- Ну, теперь ваша лошадь спасена и безостановочно пробежит во весь карьер еще несколько часов, -- проговорил погонщик довольным тоном, вытирая о траву свой нож и снова пряча его в карман. -- Позвольте узнать, куда вы едете, кабальеро?
-- В гасиенду Лас-Пальмас, -- ответил офицер и в свою очередь спросил: -- Скажите мне ваше имя, чтобы я знал, кого мне благодарить за спасение моей лошади и, быть может, меня самого?
-- Меня зовут Валерио Трухано, -- скромно ответил погонщик и продолжал: -- Человек я маленький и не совсем удачливый в жизни. Но я утешаю себя тем, что по мере сил и возможности исполняю свой человеческий долг, а все остальное предоставляю на волю Божию... Мне с вами по пути, кабальеро. Поедемте вместе. Но сначала позвольте попросить милосердного Бога избавить нас от надвигающейся опасности, потому что теперь только Он один и может помочь нам.