-- Мы к вашей милости. Вот что: как вы нас рассудите, так тому делу и быть.
-- Вот это хорошо. Ну, слушай. К кому ты пойдешь? К посреднику? Мне кажется, он в это дело не войдет. Это не его часть. К становому? Ну как ему вас рассудить? Штраф -- это мы с тобой выдумали; а какой в законе за это денежный штраф? Надо наказать Ивана, ну и накажут, да ты гнешь с него деньги получить, а тебе какая корысть, что ему дадут двадцать пять розог. Так или нет?
-- Так, батюшка, истинная правда. Так как мы худа никакого...
-- Но этим не кончится. Если становой по правде рассудит, то надо и твоего Фильку наказать. Он первый начал на работе дурачиться, да потом и сам хватил Ивана в ухо. Вот и суд весь. А впрочем, попробуй.
-- Как ваша милость рассудит, так не замай и будет.
-- Прекрасно. Я рассуждаю так. Пусть Иванов отец тебе заплатит три рубля. Хоть и это ему тяжело, но что ж делать, когда грех случился?
-- Как же можно, батюшка? Значит, мое дело так за три рубли и пропасть должно?
С тем он от меня и ушел. Признаюсь, меня мучила неопределенность положения Ивана. Думал я помочь ему собственными деньгами, но мысль скомпрометировать себя в глазах всех удержала меня. Часа в три мне пришли сказать, что они кончили. Отец Ивана пришел просить б р. С него взяли 3 р. деньгами, да полштофа водки -- 2 р. 50 к. Итак, главным наказанным остался я; мне предстояло иметь до поздней осени дело с рабочим, которому следует всего на все 2 р. серебром. Вечером, при закате солнца, выйдя на пруд, я увидел две фигуры отцов-соперников, стоявших рядом в интереснейших позах. У обоих руки были сложены крестом по-наполеоновски, а лица с выражением римских сенаторов обращались к закату. Видно было, что оба уже вкусили от даров Вакха и находились в самых дружеских отношениях.
VI. Значение средних землевладельцев в деле общего прогресса
В майской книжке "Отечественных записок" на стр. 71-й, в статье г. Павла Небольсина читаем следующее: