-- А кто его знает? Хи, хи, хи.
В этом хи-хи-хи было столько искренней веселости, оно звучало так же визгливо, как будто я застал Каленика на пороге конюшни над неспелым арбузом и побранил, зачем он ест всякую дрянь.
Тут я в первый раз понял, что у него нет убеждения. Одно чутье, один гений -- и больше ничего. Но, увы! наши способности развиваются всегда одни на счет других. И Каленик подвергся общему закону развития. Он положительно знал уже, что такое пепероски, находил у лошадей хвинтазию, утверждал, что морды у них оттого искусаны, что они в стойлах по ночам заводят канитель, и наконец торжественно пришел просить, чтоб ему сшили плисовую поддевку.
Вероятно, вследствие образования, он уже считал для себя неприличным отвечать на вопросы о погоде, а я подозреваю, что он совершенно утратил свое второе зрение и вошел в чреду обыкновенных людей, о которых говорить более нечего.
КОММЕНТАРИИ
Из семи известных рассказов Фета в настоящее издание включено пять; не вошли: "Первый заяц" ("Семейные вечера", 1871, No 8) и "Не те" ("Русский вестник", 1874, No 4).
Каленик. -- Автограф неизвестен; печатается по тексту первой публикации: "Отечественные записки", 1854, No 3, с. 3--16.
1 Крупов -- герой повести Герцена "Доктор Крупов" (1847).
2 Изида -- божество Древнего Египта; здесь в смысле: таинственная, непостижимая святыня.
3 И. П. Борисов.