— Здесь, пожалуйте, сказал тот, указывая на дверь.
При болезненном своем состоянии, я тяготился всякою потерею времени. Но вот отворяю дверь предбанника и не нахожу ни барина, ни слуги. Одно платье и сапоги свидетельствуют о их присутствии, сами же они блаженствуют за двойными дверями в банном пару. Не зная, сколько времени придется мне ждать, я стал звать купальщика по имени, насколько хватало сил. Наконец-то Вл. Ал., узнавши меня по голосу, воскликнул:
— Это вы, Аф. Аф.? я сейчас выйду.
Дверь растворилась, и пышащий паром Влад. Алек. спросил:
— Что такое?
— Об Александре Никитиче, отвечал я.
— Умер?
— Да. Вот телеграмма от какого-то Кроткова.
— Да это его приказчик Прокофий, сказал Влад. Алек.
Решено было дать денег Володе на проезд на похороны к отцу; и я снова поехал на постель.