Мертвое молчание, сопровождаемое переминанием с ноги на ногу и тяжелым забиранием в себя духу.
— Ну ты что скажешь? — обратился посредник к первому, ближе всех к нему стоящему.
— Как люди, так и мы.
— Ну, а ты?
— Как люди, так и мы.
— Постойте! — обратился он снова к первому. — Люди-то не какие другие сторонние, а все вы же. Ты, другой да третий — вот и люди. Ты-то что ж? Не человек, что ли? Я хочу знать, что ты думаешь? Ну, что ты скажешь?
Спрашиваемый совершенно растерялся.
— Да я-то, батюшка, ваше высокоблагородие! Я-то, — лицо старика приняло мягкое выражение, — я-то бы и Бог с ним. Что ж.
— Стало быть, ты согласен?
— Да я-то, Бог с ним, пусть его.