Стук копыт быстро приближался. Ехало всего двое, что успокоило Макароне, но один из всадников, сидевший на крепкой андалузской лошади, походил на Голиафа, что заставило Макароне вновь насторожиться.
-- Что здесь такое? -- спросил отрывистым и надменным голосом меньший всадник, одетый в богатый костюм. -- Почему вы останавливали эту карету, дураки?
Высокий всадник, одетый в ливрею темного цвета, не сказал ничего, но вытащил из ножен почтенных размеров шпагу.
Едва заслышав голос первого всадника, королева вздрогнула. Она высунула голову из кареты, но не сказала ни слова.
-- Проезжайте вашей дорогой, сеньоры, -- отвечал падуанец, -- и не путайтесь не в свое дело.
Всадник в роскошном костюме ничего не ответил, но взмахнул рукой, выхватил шпагу, и у падуанца искры посыпались из глаз. В то же время всадник дал шпоры лошади, сбил с ног Асканио и бросился на остальных. Великан, сопровождавший его, тоже не остался позади. Он поднял пять или шесть раз свою тяжелую шпагу, после чего вложил ее в ножны, потому что врагов больше не осталось.
Только один падуанец прикинулся убитым, чтобы подглядеть, с кем он имел дело, но великан сделал вид, что хочет смять его копытами своей лошади, тогда наш бедный друг, рискуя заставить затрястись в гробах своих знаменитых предков, бросился бежать со всех ног. Итак, незнакомцы остались победителями. Лакей стоял в отдалении, тогда как господин подъехал к карете.
-- Государыня, -- сказал он, -- вы не можете возвратиться во дворец короля. Может быть, вы также не доверяете незнакомому человеку...
-- Я вас знаю, сеньор, -- перебила королева, голос которой дрожал от волнения.
Потом она прибавила едва слышным голосом: