-- Это безумная клевета, -- сказал один из свиты, -- мы все знаем ваше благородное происхождение.
"Да, еще бы, я не раз бил его благородного отца", -- подумал Антунец, тогда как вслух молвил:
-- Я более чем кто-либо могу подтвердить всю гнусность этой лжи.
-- Все равно! Вы слышали это, точно так же, как и весь народ. И если между вами или в толпе есть кто-нибудь настолько смелый, чтобы поддерживать слова этого человека, нищего или бродяги, то я предлагаю ему поединок.
Вся свита снова поклонилась. В толпе молчали. После этого бесполезного вызова Конти сел на лошадь, которую с готовностью уступил человек из свиты, и вся кавалькада покинула площадь. Но прежде, чем завернуть за угол Новой улицы, фаворит обернулся и с гневом погрозил кулаком.
-- Прячься хорошенько! -- сказал он своему исчезнувшему врагу. -- Потому что, клянусь моим спасением, я буду искать тебя!
-- Меня зовут, если угодно вашему превосходительству, -- раздался голос у самого его уха, -- Асканио Макароне дель Аквамонда...
Конти поспешно обернулся. Один из королевских стражей, почтительно кланяясь, стоял около него.
-- Какое мне дело до твоего имени! -- отрывисто сказал Конти.
-- Я благородный кавалер из Падуи, с которым фортуна обошлась немилостиво...