-- Я сам этого не знаю.
-- В таком случае, сеньор Асканио, я пойду во дворец к дону Луи Суза, графу Кастельмелору и скажу ему, что один падуанец, лакей Конти, предполагает похитить ту самую женщину, которую этот же Конти обещал ему в жены вчера в беседке Аполлона.
-- Как! -- пробормотал Макароне вне себя от изумления. -- Ты знаешь это?
-- Не думаете ли вы, что Конти, чтобы оправдать себя, велит повесить того падуанца, о котором я говорю, и что бедный Балтазар получит в награду побольше, чем двадцать пистолей?
-- Я дам тебе сорок.
Балтазар удержался от презрительного восклицания, которое вертелось у него на языке, и просто отвечал:
-- Ну, сеньор Асканио, против ваших аргументов ничего не возразишь. Куда надо мне отправиться?
" А, так это он хотел поторговаться ", -- подумал итальянец, у которого точно свалился с сердца тяжелый камень.
-- Место еще не определено, -- прибавил он вслух, -- но это должно произойти сегодня, во время королевской охоты.
-- А! Сегодня будет королевская охота? -- медленно проговорил Балтазар. -- Я был не разумен, полагая, что Конти может осмелиться напасть сам для своих интересов на такой благородный дом. Имя жертвы, золото, которое рассыпают не жалея, все это достаточно говорить, что лицо более важное... Я знаю, что хотел знать, сеньор Асканио; сегодня вечером мы поработаем вместе.