Никто не пошевелился, так все боялись гнева фаворита. Но когда король повторил свой вопрос, из толпы вышел один простой рыцарь и подошел к подножию эстрады.
-- Я закадычный друг дорогого сеньора Конти-Винтимиля и с удовольствием заменю его, -- сказал он.
-- Как вас зовут, мой друг? -- спросил король.
-- Асканио Макароне дель Аквамонда, ваше величество, готовый служить вам на суше и на море против мавров, точно так же, как и против христиан, и готовый проткнуть себя насквозь своей собственной шпагой, чтобы показать тысячную долю своей преданности к величайшему монарху в свете.
Прекрасный падуанец произнес эту тираду не переводя дух.
-- Вот забавный оригинал, -- сказал Альфонс. -- Граф, согласен ты взять себе в крестные отцы этого человека?
-- Дворянин ли он? -- пробормотал Кастельмелор.
-- Да простят вам, дон Луи Суза, мои благородные предки этот вопрос! -- вскричал падуанец, поднимая глаза к небу. -- Мой предок взял в плен Франсуа французского в сражении при Павии.
-- Отлично! -- вскричал король. -- Скажите мне, сеньор Асканио, не родственник ли вы Энею и его сыну, носящему одно с вами имя?
-- Я всегда думал, ваше величество, -- серьезно отвечал Макароне, -- что это большой пробел в титулах моей фамилии, но наши летописи доходят только до Тарквиния Древнего, пятого римского царя, это большое несчастье.