Мич, опершись на стол, утирал время от времени капли крови, медленно текшие с его лба.
Снэль пил, мяукал, пел, напускался на хозяйку, брызгал джином в лицо служанке и иногда чмокал в жесткую щеку Медж.
В одном углу танцевала чахоточная Лу, напевавшая грустную, монотонную песню. Два красные пятна резко выделялись на ее бледных щеках. Время от времени неровной походкой она подходила к столу и требовала джину.
В другом углу сидел Боб Лантерн. Перед ним стояла кружка эля с куском заплесневевшего сыра.
Приход капитана Педди О'Крена, произвел на всех сильное впечатление. Хозяйка поднялась и отправилась к нему навстречу, а Боб Лантерн поспешно сунул в карман носовой платок, в который он намеревался сморкаться.
-- Здравствуй, Пег, отвратительная Мегера, дорогая хозяюшка! -- произнес капитан. -- Подай-ка сюда стакан ромцу!
Он сделал несколько шагов и остановился, поглядывая то на Снэля, то на Боба.
-- Добрый вечер, черт меня возьми, капитан! -- закричал Снэль.
-- Достоуважаемый мистер О'Крен, -- сказал Боб. -- Честь имею свидетельствовать вам мое почтение.
"Нет! -- решил про себя Педди. -- Уж лучше этого змееныша, голубчика Снэля! Мошенник Боб славный молодец, но мне самому становится жутко, как взгляну на него!"