— Я все думаю о своей корзинке, мама. Я решила, что не буду покупать совсем материала для нее. Я наберу его сама.
— Но ведь пройдет много времени, прежде чем ты соберешь и приготовишь материал, — сказала Петра.
— Я знаю, — ответила Рита, — но ведь и выставка будет только после жатвы, а до этого еще далеко.
— Ужасно далеко, — вздохнул Рамон. (Его порция риса была в это утро очень мала!)
— А, кроме того, — продолжала Рита, — я буду прилежно работать, и, если я сделаю все сама, корзинка будет совсем, совсем моя. Она будет гораздо больше моя, чем цыплята Рамона. Ведь он даже не сажал на яйца наседку! Она сама села.
— Ерунда! — сказал Рамон, — во всяком случае цыплята живые, а живые вещи куда лучше, чем какая-то корзинка.
Тут могла бы начаться ссора, но мать сказала:
— Ну, тише, тише! Ведь вы же знаете, что пока еще нет никакой корзинки.
— Но она будет! — твердо сказала Рита. — Вы увидите!
— Ерунда, — сказал опять Рамон. — Если ты и начнешь плести ее, все равно ты никогда не кончишь.