— Нам не столько земля нужна, сколько свобода. Будь у нас свобода, мы и с той землей, что у нас есть, поправились бы.
Это было хорошо сказано и мне понравилось. А через несколько дней он заговорил:
— Думаю я, думаю. Вера Николаевна: оденусь-ка я жандармом, да начну-ка во имя государя императора, по указу его императорского величества, народ за землю против помещиков поднимать!..
На общем фоне осады меня всяческими просьбами «сознательтельные» оказались не выше общего уровня деревни.
Один сказал:
— Пособия — я не желаю, но дайте мне в долг из барской экономии десять пудов ржи. Придет урожай — отдам.
Я дала. Долг, по словам приказчика, не был возвращен.
Другой, придя как-то в сумерки, заявил просьбу в таких выражениях:
— Чем я хуже других? Другим рожь даете — и мне дайте.
— Вы не хуже других, — говорю я с горячностью, возмущенная, что хотя он не нуждается, а все же просит. — Вы не хуже! Вы лучше других… Ваше положение лучше… вы достаточный, вам не надо спину гнуть! Вы ни от кого не зависите и не принуждены ради хлеба насущного обращаться к чужой милости…