-- Там лагерь французов, -- сказал татарин, указывая рукой в темноту, но Стеценко ровно ничего не видел, как ни напрягал зрение.
Подошли к реке. Мост был разрушен, и пришлось пробираться по сваям.
Уже светало, когда Стеценко со своим татарином поднялся по Саперной дороге. С горы спускалось несколько всадников. Они вдруг остановились. У Стеценко дух замер.
"Вот чертовщина! -- подумал он. -- Неужели это неприятель?"
Тут он увидел казачью пику.
"Слава Богу, Севастополь еще не взят!" -- подумал Стеценко и участил шаги.
-- Обезьянинов{94} да это ты! -- вскричал он, узнав приятеля-лейтенанта, который вдвоем с казаком ездил сюда смотреть, нет ли неприятеля.
Обезьянинов велел казаку слезть с лошади, и Стеценко поехал вместе с ним к Малахову кургану. Здесь под наблюдением контр-адмирала Истомина и инженера Ползикова{95} возводились укрепления. За эти дни Малахов курган стал неузнаваем.
Увидя Стеценко, Истомин даже всплеснул руками.
-- Да скажите наконец, лейтенант, куда запропал [315] главнокомандующий? -- спросил он. -- Что он там делает? Где он? Что все это значит?