-- Что это значит? -- спросил он.
-- А? -- лениво протянул граф. -- Что? Стреляют? Да, действительно, слишком рано вздумали. Брр, как холодно!
Погода опять испортилась: шел мелкий дождь. Они встали и вышли за ворота, где уже столпился народ. Солдаты и матросы делали глубокомысленные замечания.
-- Ишь ты расходился! То было смолк, а то опять! Давно уж так не палил! -- сказал один из матросов.
Еще не вполне рассвело. Бомбы огненными полосами резали небо, иногда разрываясь в воздухе. Было заметно, как, достигнув известной высоты, они на мгновение останавливались и потом падали почти отвесно вниз. Левее слышалась, как мелкая барабанная дробь, частая ружейная перестрелка.
-- Пойдем еще спать, -- сказал Татищев и вошел опять в дом.
Дашков постоял немного, слушая, как матросы объясняли что-то вновь прибывшим солдатам.
-- Вон, вишь ты, братцы, откуда он вчерась из маркелы пущал бонбы. Нониче тоже жарко нашим будет.
-- Погоди, вон мы на пароход станем, он и почнет нас жарить, -- сказал другой.
-- Толкуй! Небось на наш пароход оттуда не долетит.