Между тем Меншиков спешил уже на библиотеку, где и встретился с Корниловым.
-- Не говорил ли я еще зимою, что неприятель сделает высадку в Крыму! -- сказал он, увидев вице-адмирала.
-- Как, ваша светлость? Где? Какая высадка?
-- Я получил самые достоверные сведения, что неприятель готовится к высадке близ Евпатории, -- сказал Меншиков, угрюмо глядя на Корнилова.
Корнилов был поражен этим известием. Появление неприятельского флота, числом больше противу обыкновенного, навело его на мысль, что союзники намерены атаковать Севастополь с моря, и вдруг ему говорят о высадке близ Евпатории!
Корнилов побледнел и сказал с [120] жаром:
-- Ваша светлость! Да ведь там шестьдесят тысяч четвертей пшеницы!
-- Я знал их тайную цель! -- вскричал Меншиков, совершенно забывший или не знавший до сих пор об этой пшенице.
-- Теперь единственный способ помешать их высадке -- это напасть на них, -- сказал Корнилов.
-- Я об этом подумал.