(По поводу Киевского миссионерского съезда)
И колокольчик, дар Валдая,
Гудит уныло под дугой...
Газету "Колокол" следовало бы переименовать в "Колокольчик". И не только потому, что русский читатель помнит другой "Колокол": вряд ли кто смешает Скворцова с Герценом. Скорее потому, что колокол -- в буквальном, а не переносном смысле этого слова -- вещь слишком почтенная, и как бы г. Скворцов ни тужился, ему с тем колоколом, который воспевал Шиллер, не сравняться. Слишком уж много у г. Скворцова претензий, и в качестве истинно русского человека я протестую. Газета г. Скворцова, не более как дребезжащий колокольчик, тот "дар Валдая", который уныло гудит под дугой... станового или исправника.
Один гимназистик-приготовишка заучивал "с голоса" стихотворение Ф.Н. Глинки, и, плохо зная географию, он не понял, что значит "дар Валдая". Ему казалось, что речь идет о собственнике колокольчика. Есть Ермолай, может быть и Дарвалдай. Внешний облик этого таинственного Дарвалдая представлялся гимназистику "истинно русским": пьяный, лихой ямщик, которого постоянно тузит в спину сидящий в повозке становой.
"Колокол" Скворцова -- именно колокольчик Дарвалдая, и нам, обывателям, этот колокольчик интересен только потому, что за спинами пишущих в газетке Дарвалдаев сидит вечно русский становой с истинно русским кулаком.
Один из таких Дарвалдаев носит, по иронии судьбы, армянскую фамилию, что не мешает ему быть самым яростным "миссионером". На миссионерском съезде он шумел порядочно и до сих пор еще не может успокоиться. Съезд уж давно закрылся, "левые листки" о нем забыли, а Дарвалдай все еще дребезжит, дребезжит...
В номере 742-м скворцовского "Колокольчика" помещена статья "Кто они". Автор ее, вышеупомянутый Дарвалдай из армян, написал ее самым суконным языком, но тем не менее смысл ее ясен: отделение церкви от государства потому нежелательно, что такая коренная реформа поведет за собой падение старого порядка. Ничего так наши миссионеры не боятся, как "разоруженной церкви", потому что "разоруженная церковь перестанет быть нужной для государства". Как представители государства, а не церкви, синодальные миссионеры и блюдут за тем, чтобы она оставалась "вооруженной" в буквальном смысле этого слова.
Хотя г. обер-прокурор синода и заявил на миссионерском съезде, что царские указы следует исполнять всем русским подданным, хотя во всех иностранных интервью с председателем Совета министров Европа оповещалась, что у нас существует представительный образ правления, я готов верить истинно русским Дарвалдаям и признаю, что у нас образ правления иной.
Откровенность Дарвалдаев можно только приветствовать. Они, по крайней мере, не замалчивают того, что есть, и не позволяют легковерным и мягкотелым людям строить иллюзии.