— Был здесь мостик, — сказал он, — да нето провалился, нето испортился, а с той поры не починяют.
— А давно? — полюбопытствовал я.
Охотник не сразу ответил.
— Да почитай годов с десять назад, — сказал он, подумав.
— Неужели так-таки барсуками и жили богатые люди?
В Екатерино-Никольском на скользком бугорке, в деревянной лавке помещается фактория Дальгосторга по скупке пушнины и золота. Когда-то здесь помещалась казенная винная лавка. Старожил, с которым мы как-то проходили мимо лавки, сказал:
— Эх, где она, волюшка?..
— Какая волюшка? — спросил я.
— А бывало, как привезут свежий товар, сойдутся старики, голов двадцать, все хозяева покрепче, да как вынесут ящика три-четыре водки, да как засядут на завалинке, да как расставят штофы все в ряд, да как завалятся пить, так пока не разопьют, не уйдут.
— Ну и пьяницы! — заметил я.