Я попал в Благословенное в погожий сентябрьский день. Мы подъехали к берегу реки Самарки, впадающей в Амур в двух километрах отсюда. Благословенное — на противоположном берегу. Моста нет, есть лодка. На берегу сидела группа молодых людей и ребят. Издали завидев нас, они быстро бросились в лодку и отчалили.
— Стой! стой! — стали им кричать мои проводники и возницы-казаки. Но лодка продолжала удаляться.
Казаки надрывались:
— Давай лодку! Лодку давай! Стой!
Никто не обращал никакого внимания. Казаки стали обкладывать юношей русским глянцем, который иначе называется матом. Лодка продолжала удаляться.
— Быть может, они и по-русски не понимают, — сказал я.
Я сказал это и тотчас подумал, что понять нас можно было, даже и не зная русского языка. Ясно, чего хотят люди, приехавшие к берегу: они хотят получить лодку. Казак мне ничего не ответил. Он схватил мое ружье и навел его на юношей, сидевших в лодке. Катастрофы быть не могло, ружье не было заряжено. Однако лодка мгновенно повернула и через несколько минут причалила к нашему берегу. Корейские юноши прекрасно говорили по-русски.
— Вот! — воскликнул взбешенный казак. — А вы говорили, они по-нашему не понимают!..
Он замахнулся прикладом, я с трудом вырвал у него ружье. Еще минута и он бы наделал беды.
— Вот они вам, фазаны мореные! — сказал казак. — Как ты к нему с добром, так он «моя понимай нет». Нельзя с ними иначе, как в морду.