-- Прелестная корона!-- вскричалъ Козимо.
Въ душѣ онъ не былъ особенно доволенъ знаменемъ, ему хотѣлось бы имѣть не герцогскую, а королевскую корону. Но не вся еще Тоскана попалась въ его желѣзную руку. Въ Сіенѣ пока развивалось знамя свободы, хотя честолюбивые замыслы флорентійскаго герцога давно уже простирались къ сосѣду.
-- Ну, а ты, Изабелла,-- обратился Козимо къ своей старшей дочери,-- помнится написала новую консону съ акомпаниментомъ мандолины. Я ее еще не слыхалъ; спой-ка мнѣ ее теперь.
Изабелла нѣсколько сконфузилась, попробовала отговориться, но отецъ настоялъ.
Пажу велѣно было принести мандолину.
Молодая дѣвушка взяла инструментъ, сдѣлала нѣсколько акордовъ и запѣла консону, музыку и слова которой она сама сочинила. Голосъ молодой принцессы отличался необыкновенной прелестью и задушевностью; слова какъ нельзя лучше подходили къ музыкѣ. Поэтическій и композиторскій талантъ красавицы Изабеллы привелъ въ восторгъ слушателей. Поэзія съ мелодіей точно нѣжно обнимались, замирая въ страстномъ восторгѣ.
-- Браво! браво! браво! моя прелестная дочка,-- кричалъ аплодируя герцогъ и, подойдя къ Изабеллѣ, обнялъ ее и, цѣлуя въ лобъ, сказалъ:
-- Тотъ, кто будетъ твоимъ супругомъ, можетъ гордиться тѣмъ, что пріобрѣлъ такое сокровище.
Между тѣмъ со двора послышался стукъ лошадиныхъ подковъ о шашки мостовой и музыка.
-- Что тамъ за шумъ?-- спросила герцогиня Элеонора.