Несчастная Марія горько плакала и скрывала свои слезы, какъ преступленіе.
Въ одинъ прекрасный день отецъ потребовалъ ее къ себѣ и, сурово сдвинувъ брови, объявилъ, что должно состояться ея обрученіе съ Альфонсомъ д'Эсте, герцогомъ Феррары.
Молодая принцесса упала на колѣни и съ отчаянной мольбой простерла руки къ отцу. Ея нѣмое страданіе, исхудалое лицо, полное горя, могли тронуть самое ледяное сердце.
-- Ты что просишь?-- крикнулъ отецъ, бросая молніеносные взгляды на дочь.
-- Я не рождена для свѣтлыхъ радостей,-- отвѣчала несчастная,-- умоляю васъ, позвольте мнѣ вступить въ монастырь.
-- Ты съума сошла. Черезъ мѣсяцъ,-- слышишь ли?-- черезъ мѣсяцъ ты будешь женой герцога Феррары.
Высказавъ это рѣшеніе, Козимо грознымъ жестомъ указалъ дочери на дверь, что исключало всякую надежду на измѣненіе воли деспота.
Марія, шатаясь, ушла. Придя къ себѣ въ комнату, она упала на постель, ее била лихорадка, чрезъ нѣсколько дней она встала, но снова заболѣла и принуждена была снова лечь въ кровать. На этотъ разъ ей уже не суждено было оправиться; несчастная принцесса Марія умерла и была похоронена на кладбищѣ въ С. Лоренцо.
Смерть молодой дѣвушки была внезапная и таинственная. Носились слухи, что она погибла отъ яда, даннаго ей самимъ герцогомъ, ея отцомъ, чтобы наказать за любовь къ Малатеста и за непокорность родительской волѣ,-- не желаніе покойной выйти замужъ за Альфонса д'Эсте, съ которымъ она была торжественно обручена. Можетъ быть, основаніемъ этихъ слуховъ было то, что Козимо Медичи славился какъ великій знатокъ ядовъ, испытавшій ихъ страшное дѣйствіе на самыхъ близкихъ своихъ родственникахъ. Другіе же утверждали, что несчастная принцесса, которой было отказано въ ея просьбѣ вступить въ монастырь, сама достала ядъ и отравилась. Во всякомъ случаѣ преждевременная смерть Маріи легла кровавымъ пятномъ на совѣсти ея отца, флорентійскаго деспота. Во дворцѣ Медичи не было недостатка въ ядахъ, а потому ничего нѣтъ удивительнаго, если Марія, доведенная до полнаго отчаянія, добыла смертоноснаго снадобья и сама отравилась.
Смерть Маріи не уничтожила плановъ герцога Козимо породниться съ герцогомъ Феррары, онъ обѣщалъ Альфонсу д'Эсте руку своей третьей дочери Лукреціи.