И лишь Густахм с Бандуем с ним остались.
Хосров на них взглянул, стыдом объят,
И поневоле поскакал назад.
Сказал Густахму: «Пусть пришлось мне трудно,
Но бегство с поля боя — безрассудно.
Увидели и знатный, и простой,
Что повернулся я к врагу спиной».
«Смотри, — Густахм сказал, — летит убийца,
А ты один. Ужель ты будешь биться?»
Шах оглянулся с трепетом в груди,