Темная январская ночь. Все звезды высыпали на небо, заняли свои места согласно астрономической инструкции и ярко блестели на черном январском, холодном небе.
Уходя в разведку, я отдал Аалто свои серебряные часы, которые получил за дела на колчаковском фронте.
В случае чего пусть лучше товарищ попользуется, чем лахтарь.
Мы вышли из леса, который, не прерываясь, преследовал нас уже пятьдесят километров, и легко вздохнули, нащупав на поле дорожку.
Дорожка вела, очевидно, к деревне, которая нанесена была на карте — в десяти километрах от места выхода нашего из леса.
Было отчаянно тихо.
Слышен был скрип наших верных лыж и тихое наше дыхание.
Мороз стоял не меньше, чем в тридцать пять градусов.
* * *
И вот в темноте ночи глаза мои разглядели шесть черных точек, шесть фигурок на лыжах.