— Да ведь Библию рекомендуют протестанты, а не мы! — выйдя из терпения, воскликнул аббат.
— Не все ли равно? — возразил Оме. — Я не могу примириться с мыслью, что в наш просвещенный век находятся люди, которые все еще восстают против такого вида умственного отдыха, хотя это отдых безвредный, более того — здоровый и в нравственном, и даже в физическом смысле. Не правда ли, доктор?
— Да, конечно, — как-то неопределенно ответил лекарь; то ли он, думая так же, как и Оме, не хотел обижать Бурнизьена, то ли он вообще никогда об этом не думал.
Разговор, собственно, был кончен, но фармацевт не удержался и нанес противнику последний удар:
— Я знал священников, которые переодевались в светское платье и ходили смотреть, как дрыгают ногами танцовщицы.
— А, будет вам! — возмутился аббат.
— Нет, я знал! — повторил Оме и еще раз произнес с расстановкой: — Нет — я — знал!
— Что ж, это с их стороны нехорошо, — заключил Бурнизьен: по-видимому, он твердо решил снести все.
— Да за ними, черт их побери, еще и не такие грешки водятся! — воскликнул аптекарь.
— Милостивый государь!..