Наконец она встала с колен, и оба двинулись к выходу, как вдруг к ним подскочил привратник и спросил:
— Вы, сударыня, наверно, приезжая? Желаете осмотреть достопримечательности нашего храма?
— Нет! Нет! — крикнул Леон.
— Отчего же? — возразила Эмма.
Всей своей шаткой добродетелью она цеплялась за деву Марию, за скульптуры, за могильные плиты, за малейший предлог.
Вознамерившись рассказать "все по порядку", привратник вывел их на паперть и показал булавой на выложенный из черных каменных плит большой круг, лишенный каких бы то ни было надписей и украшений.
— Вот это окружность замечательного амбуазского колокола, — торжественно начал привратник. — Он весил тысячу пудов. Равного ему не было во всей Европе. Мастер, который его отлил, умер от радости…
— Идемте! — прервал его Леон.
Привратник пошел дальше. Вступив в придел божьей матери, он сделал широкий, всеохватывающий, приглашающий любоваться жест и с гордостью сельского хозяина, показывающего фруктовый сад, опять начал объяснять:
— Под этой грубой плитой покоятся останки Пьера де Брезе{62}, сеньора де ла Варен и де Брисак, великого маршала Пуату и нормандского губернатора, павшего в бою при Монлери шестнадцатого июля тысяча четыреста шестьдесят пятого года.