— Давайте обнимемся, — со слезами на глазах сказал аптекарь. — Вот ваше пальто, дорогой друг. Смотрите не простудитесь! Следите за собой! Берегите себя!
— Ну, Леон, садитесь! — сказал нотариус.
Оме перегнулся через крыло экипажа и сдавленным от рыданий голосом проронил печальные слова:
— Счастливый путь!
— Будьте здоровы! — сказал г-н Гильомен. — Пошел!
Они уехали. Оме повернул обратно.
Госпожа Бовари открыла окно в сад и стала смотреть на тучи.
Скопляясь на западе, в стороне Руана, они быстро развертывали свои черные свитки, длинные лучи солнца пронзали их, точно золотые стрелы висящего трофея, а чистая часть неба отливала фарфоровой белизной. Внезапно налетевший ветер пригнул тополя, и полил дождь; капли его зашуршали по зеленой листве. Потом опять выглянуло солнце, запели петухи, захлопали крылышками в мокрых кустах воробьи, по песку побежали ручейки, унося с собой розовые лепестки акации.
"Он уж теперь, наверно, далеко!" — подумала Эмма.
В половине седьмого, во время обеда, пришел, как всегда, г-н Оме.