Антипа откинулся назад, точно пораженный в самое сердце. Саддукеи бросились на Иакова. Элеазар продолжал ораторствовать, чтобы привлечь к себе внимание.
Когда снова водворилась тишина, он накинул свой плащ и, как судья, стал задавать вопросы:
-- Коль скоро пророк умер...
Ропот прервал его слова. Считали, что Илия только исчез.
Элеазар гневно прикрикнул на толпу, продолжая допрос:
-- Ты полагаешь, что он воскрес?
-- Почему бы и не так? -- сказал Иаков.
Саддукеи пожимали плечами. Ионатан, тараща маленькие глазки, старался смеяться, словно он был шутом. Что может быть глупее притязания тела на бессмертие! И он продекламировал, нарочно, для проконсула, стих современного поэта.
-- Nec crescit, nec post mortem durare videtur. {"Ни расти, ни продолжать существование после смерти не могут" (лат.).}
Между тем Авл, позеленев, с выступившим на лбу холодным потом, схватился руками за живот и перегнулся через край триклиния.