-- Все обнищают, если он будет продолжать свое, -- добавили фарисеи.
Со всех сторон раздавались нарекания:
-- Защити нас!
-- Надо с ним покончить!
-- Ты отрекаешься от веры!
-- Нечестивец, как и все в роду Иродовом!
-- Уж не такой, как вы! -- возразил Антипа. -- Ведь это мой отец воздвиг ваш храм!
Тут фарисеи, сыны изгнанников, сторонники Матафии, стали обвинять тетрарха в преступлениях, совершенных его родом.
У одних священников были остроконечные черепа, щетинистые бороды, слабые злые руки; другие были курносы, с большими круглыми глазами, точно бульдоги. Человек десять книжников и священнических прислужников, питавшихся остатками от жертвоприношений, кинулись к помосту, угрожая Антипе ножами; тетрарх увещевал их, в то время как саддукеи слабо его защищали. Заметив Маннэи, он знаком велел ему удалиться, потому что Вителлий всем своим видом показывал, что происходящее его не касается.
Фарисеи, продолжавшие возлежать на своих триклиниях, пришли в неистовство, точно ими овладели злые духи. Они разбили стоявшие перед ними блюда: им подали любимое пряное кушанье Мецената, из мяса дикого осла, которое считалось у них нечистым.