ЧУВСТВЕННОСТЬ.
Не противься; я всемогуща! Лѣса полны моими вздохами, волны колеблются моими движеніями. Добродѣтель, храбрость, благочестіе, таютъ въ ароматѣ моихъ устъ. Я сопутствую человѣку во всѣхъ его поступкахъ;-- и съ порога могилы онъ оборачивается ко мнѣ!
СМЕРТЬ.
Я открою тебѣ то, что ты старался уловить при свѣтѣ факеловъ на лицахъ мертвыхъ, или -- когда блуждалъ за Пирамидами, въ этихъ великихъ пескахъ, составленныхъ изъ человѣческихъ останковъ. По временамъ кусокъ черепа откатывался изъ-подъ твоей сандаліи. Ты зачерпывалъ прахъ, ты пропускалъ его между пальцами; и твоя мысль, сливаясь съ нимъ, погружалась въ ничто.
ЧУВСТВЕННОСТЬ.
Моя бездна глубже! Мраморы внушали грязную любовь. Бросаются хо встрѣчамъ, которыя ужасаютъ. Куютъ цѣпи, которыя проклинаютъ. Откуда чародѣйство блудницъ, сумасбродство грезъ, безмѣрность моей печали?
СМЕРТЬ.
Моя иронія превосходитъ все! На похоронахъ царей, при гибели народа, бываютъ спазмы наслажденій;-- и воюютъ подъ музыку, съ султанами, знаменами, золотой сбруей, устраиваютъ церемоніи, чтобы лучше почтить меня.
ЧУВСТВЕННОСТЬ.
Мой гнѣвъ стоитъ твоего. Я вою, я кусаю. Я вмѣщаю потъ агоніи и видъ трупа.