Но кромѣ фригійца съ длинными волосами, который поднялъ руки кверху, всѣ печальны. Старикъ рыдаетъ на скамейкѣ, а молодой человѣкъ мечтаетъ стоя, склонивъ голову.
СТАРИКЪ,
отказывавшійся платить передъ статуей Минервы, на углу перекрестка, смотритъ на товарищей, какъ бы говоря взглядомъ:
Вы должны были бы помочь мнѣ! Сообщества добиваются иногда, чтобы ихъ оставили въ покоѣ. Многіе изъ васъ запаслись даже подложными свидѣтельствами, что жертвы принесены.
Спрашиваетъ:
Развѣ не Петръ Александрійскій установилъ, какъ нужно поступать, когда поколебленъ мученіями?
Продолжаетъ про себя:
Ахъ, это очень тяжело въ мои годы! немощи дѣлаютъ меня такимъ слабымъ! Однако, я могъ-бы еще прожить до слѣдующей зимы!
Воспоминаніе о маленькомъ садикѣ умиляетъ его;-- и онъ смотритъ въ сторону жертвенника.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВѢКЪ,