Вода подымалась до ихъ поясовъ и вскорѣ сбила ихъ съ нонъ; они должны были плыть и ударялись объ узкія стѣны водопровода, а плиты висѣли почти надъ ними и били имъ лицо. Потокъ понесъ ихъ. Тяжелый, душный какъ въ могилѣ, воздухъ, надрывалъ грудь. Опустивъ голову подъ руки, сжавъ вмѣстѣ колѣни, полумертвые, задыхаясь и хрипя, летѣли они впередъ, какъ стрѣла, спущенная съ тугой тетивы. Все почернѣло вокругъ; быстрота теченья удвоилась. Они упали.
Когда они поднялись на поверхность, то, лежа на еппнѣ, нѣсколько минутъ съ наслажденіемъ вдыхали воздухъ. Аркады однѣ за другими открывались надъ ними. Вода наполняла всѣ бассейны, и даль ея составляла какъ бы одну непрерывную поверхность. Отдушины сводовъ пропускали чрезъ себя блѣдные кружки свѣта. Мракъ у стѣнъ сгущался. Малѣйшій шумъ вызывалъ громкое эхо.
Спендій и Мато поплыли-было подъ арками чрезъ цѣлую амфиладу сводовъ и сбились съ дороги; то поворачивали, то плыли дальше; наконецъ почувствовали что-то твердое -- это былъ полъ галлереи, окаймлявшей цитерны. Пытались подняться на него у влажной и скользкой стѣны, но съ отчаяніемъ упали въ воду. Наконецъ Спендій ударилъ рукою въ желѣзную рѣшетку. Сломали ее и очутились на запертой вверху бронзовой дверью лѣстницѣ. Задвижку двери отворили остріемъ кинжала. И вотъ ихъ охватилъ свѣжій воздухъ. Небо показалось безпредѣльно высокимъ; городъ спалъ.
Мато захотѣлъ-было идти ко дворцу Гамилькара, но тутъ Спендій напомнилъ ему его клятву и настоялъ, чтобъ шли въ Акрополь, къ храму Таниты. Всѣ мокрые, они стали съ величайшею осторожностью пробираться у заборовъ изъ живыхъ смоковницъ.
V.
Танита.
Вышли изъ садовъ и уткнулись въ стѣну, окружавшую Мегару. Пролѣзли чрезъ найденное въ ней отверстіе. Почва спускалась открытою, очень широкою долиною.
-- Не бойся, сказалъ Спендій:-- я исполню мои обѣщанія. Помнишь ли ты утро, въ которое я указывалъ тебѣ на Карѳагенъ съ террасы Саламбо? Мы были сильны тогда; но ты не хотѣлъ меня послушать! И потомъ онъ прибавилъ серьёзнымъ образомъ:-- Господинъ! въ святилищѣ Таниты есть таинственное, упавшее съ неба покрывало; оно прикрываетъ богиню.
-- Знаю, отвѣчалъ Мато.
-- Оно составляетъ какъ бы часть богини и потому само по себѣ божественное; вѣдь боги присутствуютъ тамъ, гдѣ ихъ изображенія. Карѳагенъ оттого и могучъ, что обладаетъ покрываломъ! И затѣмъ Спендій добавилъ шопотомъ: -- я привелъ тебя съ тою цѣлью, чтобъ похитить святыню!