Котора в сих местах меня остановила.
Три года я жила здесь, плача и стеня…
Но вдруг смущение объяло вновь меня:
Терзался томный дух и сердце трепетало,
Как мне прибытие его известно стало.
Еще неверному желаю я предстать,
В последний раз «навек прости!» ему сказать,
И если не могу тронуть его слезами.
То мертвую меня он узрит пред глазами.
Но что мы медлим здесь? Пойдем скорей к нему,