— Овдовел два года тому назад, — поправила она, поддерживая его шутливый тон.
— Еще лучше! Кроме того, безумно влюблен в науку, как и вы.
— Ему пятьдесят лет...
— Пустяки!
— У него взрослый сын, изучающий риторику.
— Зато, какое счастье погрузиться одновременно в чары науки и любви!
И, комически подняв руки, он обернулся к югу и серьезно проговорил:
— Привет тебе, отшельник Пьедрады, которому предназначено растопить сердце этой крошки!
Она пожала плечами и возразила голосом, в котором звучало глубокое волнение:
— Уверяю вас, он не подает повода к насмешке. Это великий ученый и человек, переживший многое... Вы не великодушны, м-сье Мутэ.