Мистер Эгер произнес эту фразу с подтекстом и сопроводил глубоким вздохом.
— Ах, так у него есть жена?
— Покойная, мисс Бартлетт, покойная! Я поражаюсь — вот именно поражаюсь, — как ему не совестно бравировать нашим так называемым знакомством. Когда-то, много лет назад, он был в моем приходе. Позавчера в Санта-Кроче я поставил его на место. Пусть побережется: уж я выведу его на чистую воду!
— Что-что? — покраснев, спросила Люси.
— Преступление, вот что, — прошипел мистер Эгер.
Он предполагал сменить тему, но полная драматизма история достигла кульминации, и интерес аудитории оказался выше того, на который он рассчитывал. Мисс Бартлетт распирало естественное любопытство, а Люси, хоть и предпочла бы никогда в жизни не встречаться с Эмерсонами, не собиралась выносить приговор по первому слову доносчика.
— Вы хотите сказать, что мистер Эмерсон неверующий? Это мы уже знаем.
— Люси, дорогая, — с мягким упреком произнесла мисс Бартлетт.
— Я был бы крайне удивлен, если б оказалось, что вы знаете ВСЕ. Я, конечно, исключаю сына: в то время он был маленьким. Впрочем, одному Богу известно, как на него повлияли подобное воспитание и наследственность.
— Может быть, — произнесла мисс Бартлетт, — это не для наших ушей?