-- Не уходите, сказала Елена едва слышно, и Себастьянъ остался, но онъ сознавалъ, что ему придется многое перенести и многое преодолѣть, прежде чѣмъ онъ назоветъ Елену своей.
Она любила его; она прямо созналась въ этомъ, но она была горда, какъ онъ вѣрно замѣтилъ. Несмотря на свою любовь, она- полустыдилась и полусердилась, что была побѣждена, и бросила на него застѣнчивый, нерѣшительный взглядъ. Съ своей стороны, Себастьянъ очень желалъ, чтобы Елена пригласила его къ себѣ, но, хотя у него было нѣсколько часовъ свободныхъ, онъ не рѣшился даже намекнуть на такое приглашеніе. Онъ рѣшился только сказать:
-- Вы позволите мнѣ проводить васъ до мистрисъ Галовей? уже поздно.
-- Да, пожалуйста, отвѣчала Елена, вставая.
И они молча сошли внизъ. Себастьянъ надѣлъ ей пальто, подалъ зонтикъ и отворилъ дверь. Она только что согласилась быть его женой, и, однако, онъ чувствовалъ, что находится на почтительномъ отъ нея разстояніи. Застѣнчивость Елены дѣйствовала на него сильнѣе всякаго кокетства и превратила его пламенную любовь въ безусловное поклоненіе. Онъ кликнулъ кэбъ, и они поѣхали въ паркъ Викторіи.
-- Елена, воскликнулъ Себастьянъ, нарушая, наконецъ, тяготившее его безмолвіе:-- когда я могу придти къ вамъ? Неужели вы на меня даже не посмотрите? Вы не можете себѣ представить, какъ вы жестоки ко мнѣ?
-- Я -- жестока! повторила она: -- все это такъ странно, такъ удивительно...
-- Но, я надѣюсь, пріятно?
-- Да, очень.
-- Такъ могу я къ вамъ пріѣхать и просить согласія мистрисъ Спенслей?