И она покачала головой.
-- Я думаю, что вамъ только стоитъ захотѣть чего-нибудь и малѣйшее ваше желаніе будетъ исполнено, отвѣчалъ онъ съ улыбкой.
Она теперь не улыбалась. Глаза ея поникли и выразительное ея лицо омрачилось.
-- Нѣтъ, произнесла она холодно:-- вы совершенно ошибаетесь. Всѣ удовольствія въ жизни, которыми я до сихъ поръ пользовалась, доставляла мнѣ мистрисъ Малори. Она удивительно добра ко мнѣ!
-- Такъ вы никогда не бывали за-границей?
-- Нѣтъ, я нигдѣ не была, кромѣ двухъ разъ въ Лондонѣ и однажды въ Брайтонѣ съ мистрисъ Малори. Я не желаю никуда ѣхать.
-- Вы -- домашняя птичка? произнесъ онъ и снова почувствовалъ, что сдѣлалъ неловкость.
Кровь хлынула ей въ лицо и она холодно отвѣчала:
-- О нѣтъ! Я считаю глупой болтовней всѣ разглагольствованія о сладостяхъ домашняго очага. Я ненавижу эти пустяки... Скажите, вы изучали за-границей положеніе женщинъ?
Себастьянъ взглянулъ на нее съ удивленіемъ. Она была совершенно серьёзна и ждала внимательно его отвѣта. Женскій вопросъ не былъ такъ выдвинутъ въ 1861 г., какъ въ 1878 и Себастьянъ былъ пораженъ подобными словами въ устахъ молодой, красивой и богатой молодой дѣвушки.