СЕРЕБРЯНЫЙ РУБЛЬ
Тишка сидел на краю дороги у просторной луговины, на которой паслись гуси. Правда, это был уже не тот блестящий казачок, которому завидовала вся деревня. Вместо мундирчика со светлыми пуговицами на нем была холщевая рубаха, перехваченная подмышками веревочкой. А из-под рубахи виднелись теперь худые исподники.
Тишка мастерил дудочку из лозы и не слышал, как к нему подбежал Вася.
— Тишка, что ты тут делаешь?! — крикнул тот, едва переводя дух от быстрого бега.
— А вот... — указал Тишка на дудочку с таким видом, словно век этим занимался и будто ничего, кроме этого, не было: ни бурного вчерашнего дня, ни мундирчика со светлыми пуговками.
— Что с тобой было? — спрашивал Вася, опускаясь подле Тишки на траву.
— А ничего не было, — неохотно отвечал тот, поглядев на Васю своими синими глазками, и задул в свою дудочку, издававшую несколько унылых свистящих звуков.
— А мать? — спросил Вася.
— Ух, мать чисто облютела, — спокойно ответил Тишка, продолжая возиться со своей дудочкой.
Вдруг Вася услышал позади себя чей-то тонкий голос.