Василий Михайлович поднес книгу к огню, раскрыл ее посередине и прочел:
«...Было три Грации, которых стихотворцы называли Венериными спутницами. Оки назывались Аглаиею, Фалиею и Евфросиньею; они были дочери Юпитера и Дианы, держали всегда одна другую за руки и никогда не разлучались. Стихотворцы говорят, что Грации были малого роста, показывая через то, что приятности есть и в малых вещах, иногда в телодвижении, иногда в небрежном виде и даже в одной улыбке».
Эти последние слова заинтересовали Василия Михайловича, и он стал читать далее...
«...Овидий говорит, что Венера имела приятности в самое то время, когда хромала, подражая своему мужу.
Движения и все поступки любимой женщины имеют бесчисленное множество приятностей. Что бы она ни сделала, говорит Тибулл, везде следуют за нею Грации, хотя бы она о том и не помышляла».
«Сие верно...» — подумал Василий Михайлович, вспоминая, как Грации сопутствовали Евдокии Степановне давеча, когда они играли на площадке перед домом в серсо.
И, вдруг решившись, Василий Михайлович сказал себе: «Завтра или никогда». На этот раз он оказался тверд в решении.
Он написал записку и, не перечитав ее, вложил в томик нового французского романа, который очень советовала ему прочесть Евдокия Степановна.
В роман он даже не заглянул и наутро вернул Евдокии Степановне со словами:
— Вы правы. Это достойно внимания. Прочел два раза. Советую сегодня же и вам прочесть его снова.