Лицо Васи покрылось ярким румянцем, глаза разгорелись.
— Добро, барчук? — спросил матрос, держа одну руку на руле, а другой сдерживая рвущийся парус.
— Добро, — отвечал Вася старику.
— Чай, мураши по спине ползут?
— Откуда ты знаешь? — засмеялся Вася.
— Уж я знаю, — хитро подмигнул старик. — Я, браток, все вижу и все смекаю. Много народу я на море перевидал и сразу вижу, чего какой человек стоит, что из него получится. Морская у тебя судьба. Иди-ка, подержи парус.
Вася сел на скамейку и взял в руки конец веревки, которую держал матрос.
— Держи крепче! Обеими руками!
Парус рвался, как живой, и Вася должен был упереться ногами в дно шлюпки и напрячь все силы, чтобы не выпустить его из рук.
Он даже не заметил при этом, что дядя Петр, судорожно ухватившись одной рукой за борт, а другой за скамейку, вдруг побледнел в лице и склонился над водой, беспомощно закрыв глаза.