— Пойдем за мной, — повторила сестра и протянула к нему руку.
Мальчик вдруг закричал и отскочил в сторону, оглянувшись назад.
Ти-Суеви отбежал и спрятался за кустом. Ему показалось, что прокаженный сейчас бросится прочь от ворот, собьет его с ног и исчезнет в тайге.
Однако мальчик этого не сделал. Он бросился в другую сторону. Мимо сестры и доктора прошмыгнул он в ворота и вбежал во двор колонии.
Прокаженный старик, строгавший доски, посторонился, чтобы его пропустить.
Мальчик вскочил на верстак, стоявший под кедром, оттуда на ветку, свесившуюся до самой земли, и, цепляясь одеждой за сучья, забрался на самую вершину так быстро, что даже Ти-Суеви, умевший хорошо лазать по деревьям, был удивлен.
Лицо доктора также выражало крайнее удивление. Он повернулся к старухе и постучал пальцем по своей голове.
Старуха снова вытерла ладонями глаза и помолчала, словно ее постоянные слезы мешали ей говорить.
— Да, — сказала она, наконец, — ты всегда угадаешь правду. Он безумный. Его укусила белка, когда он доставал орехи из ее гнезда, — мы жили тогда на Кедровой сопке. И с тех пор тьма поселилась в его голове. Он не слезает с деревьев. Он никому не позволяет притронуться к себе, ни от кого не принимает ни воды, ни хлеба, только от меня.
— Значит, у него две болезни, — сказал доктор. — Трудно тогда нам будет его лечить.