Приближался, наконец, тот час, который назначил для своей лекции на заставе лесовод.
Однако никто в Большом Тазгоу — ни рыбаки, ни женщины, ни дети — лесовода не видел.
Но рыбаки рано вышли в море, а женщины с полудня собирали морскую капусту. И только дети с нетерпением ждали его все утро, играя на косе у бухты.
Как железо, нагревался песок.
И ждать так долго было бы трудно детям, если бы вместе с ними не играл океан, — для них стучал он о камни скелетами морских ежей, для них покрывался блеском и поднимал над водой головы любопытных нерп. Наконец для них загнал он в мелкую бухту большую стаю корюшки.
Тысячи рыбок с прозрачным, бледным телом, как иглы, сновали туда и сюда.
— Они уйдут! — закричали дети.
Они уйдут, Ти-Суеви! — повторила Натка их крик.
И Ти-Суеви вдруг вспомнил, что вчера его выбрали старшиной.
— Они не уйдут, — сказал он. — Принесите мне в лодку камень, веревку и жестяную банку из-под бобового масла.