Оно не успело заглохнуть. Из ворот выбегали красноармейцы. Сизов уже был на земле. Облако древесной пыли вместе с ним опустилось на траву. И когда Ти-Суеви спустился с вышки, во дворе уже было пусто. Он бросился в лес вслед за Сизовым.
И оправа и слева под шагами красноармейцев шумела трава.
Сизов мелькал впереди, Ти-Суеви догнал его и помчался рядом.
Сизов бежал без малейшего звука. Сапоги его не скользили. Ружье не стучало. Как живые существа, расступались перед ним кусты.
Пересекли крутую тропинку. Среди редких стволов уже сквозил океан. Показалось открытое место. Из Тазгоу, как красноармейцы, цепью бежали по берегу рыбаки. Они только что вернулись с моря. Их тяжелая обувь из резины блестела на песке. Бежал учитель Василий Васильевич Ни, бежал председатель колхоза Пак. Из-за прикрытий выбегали часовые.
И край этот, черный от хвойных лесов, прежде казавшийся Ти-Суеви пустынным, вдруг ожил.
Ти-Суеви остановился, задыхаясь.
«Как много красноармейцев!» — с изумлением подумал он, глядя на людей, цепью окружавших лес.
А Ти-Суеви-то казалось, что он один стережет и любит его!
— Стой! — сказал Сизов. — Теперь не уйти ему никуда. Разве только в эту трубу.